Притча о духовной пустоте...
Инок59
Печально доброта шагала по дороге,
Её из сердца выгнала душа.
Взывала:- не нужны мне слёзы и тревоги,
Ведь жизнь без них, легка и хороша.
Пойми сказала времена, тревожные и злые,
Мне не к лицу, сентиментальность, грусть.
К чему растрачивать тепло, на действия благие,
Бери Любовь и Веру в дальний путь.
И я с тобой:- сказало сострадание,
От лжи и алчности меня изводит страх.
Ведь со времён созданья мироздания,
Я у Любви играло на губах.
Сердце покинули они, послушавшись напутствия,
А чёрствость хохотала им вослед.
Холодное и мрачное вползло туда бесчувствие,
Закрыло равнодушьем БОЖИЙ свет.
Пустилась *во все тяжкие*, душа опустошённая,
Забыв про Совесть, отметая Честь.
Без покаянья серая, пред БОГОМ непрощённая,
В ней завелись предательство и спесь.
*Бал правило* стяжательство, царила вседозволенность,
А мир казался призрачно хорош.
Как только сердце глупое, в зазнайстве успокоилось,
Беда всадила в душу острый нож.
Из раны кровь холодная, хлестала неприкаянно,
Но нечем врачевать кругом враги.
И вот осипшим голосом душа кричит отчаянно,
Любовь, Надежда Вера помоги…
Добро призыв услышало, шепнуло покаяние,
Целящий, хлынул слёз живых поток.
Прощение и искренность не знают расстояния,
Если надёжно выучен *урок*.
* * *
От комы зла очистившись, душа едва поправилась,
Не оскверняйте пустотой сердца.
Любовь храните с верою, простое жизни правило,
Чтоб избежать *нелепого* конца.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
